Когда большинство американцев думают о Войне за Независимость, на ум приходят такие названия, как Банкер-Хилл, Камден, Вэлли-Фордж и Брендивайн. Но мало кто говорит о Бруклине. Вроде бы город пострадал от войны несущественно. Но так ли это? О трагедии, которая развернулась после битвы за Лонг-Айленд читайте на brooklyn-yes.com.
Ключевая роль Брукліну
На самом деле Нью-Йорк, а соответственно и Бруклин сыграли ключевую роль в Революции. Самая большая битва той войны, в которой участвовали более 30 000 солдат с обеих сторон, в то время, когда население Нью-Йорка составляло лишь 25 000, состоялась не в Новой Англии или Чесапике, а в Бруклине. Битва за Бруклин стала сокрушительной потерей для американцев: более 1500 убитых, раненых и пленных. А засекреченная ночная прогулка Джорджа Вашингтона из Бруклина на Манхэттен была своего рода Дюнкерком колониальной эпохи. Подобно эпической эвакуации в 1940 году британских войск, попавших в немецкое окружение, из Дюнкерка и других пляжей в западной Франции, американцы бежали от раннего разгрома и, закаленные в боях, продолжали сражаться.
Но ничто не сравнится по страданиям и жертвам во время этой войны с тем, что происходило на борту британских кораблей-тюрем. В этих мокрых деревянных Бастилиях в водах Нью-Йорка погибло больше американцев, чем во всех битвах Войны за независимость вместе взятых. Более 8000 американцев погибли в боях между 1776 и 1783 годами. Между тем более 11 000 заключенных погибли на кораблях, которые стояли на якоре или, чаще, сидели на мели в Ист-Ривер. Пленные солдаты и матросы жили в ужасных условиях, которые можно было бы назвать, скорее, звериными, если бы характеристика не была оскорблением для диких животных.
Ужасные условия плена
Большинство моряков, оказавшихся в халках, были с каперов, а не с военно-морских кораблей. В Америки не было военно-морского флота до октября 1775 года. Во время войны большинство американских боевых действий на море велись частными кораблями, которые получили фактически лицензию от правительства, позволявшую американским кораблям атаковать британские суда. Владельцы частных судов, капитаны и экипажи получали процент, когда захваченные вражеские корабли были осуждены американскими властями и перепроданы.
Халки были не единственными печально известными тюрьмами, которые использовались во время войны. В заброшенных церквях, сахарных или рафинадных заводах и других зданиях, разбросанных по колониям, содержали заключенных, которые проживали в жалких условиях. К тому же большое количество пленных американцев и солдат союзников отправляли в Англию отбывать наказание. Но рассказы об активной жестокости и смертельной халатности на борту тюремных кораблей, например, печально известного HMS «Jersey», бывшего линейного корабля с 60 пушками, который его узники прозвали «Ад», свидетельствуют, что в тех залитых водой гробах худшие кошмары американских военнопленных стали страшной реальностью.
Например, известно об опыте Роберта Шеффилда, одного из немногих пленных, спасшихся от халков в заливе Уоллабаут, сегодня это место Бруклинской военно-морской верфи.
Жара в той тюрьме была настолько сильной, что более 300 заключенных были голыми. Отсутствие одежды позволяло хоть как-то защищаться от паразитов. Но если кто-то болел, то его паразиты съедали живьем. Их болезненные лица и испуганные взгляды были действительно ужасными, некоторые ругались и кощунствовали, другие плакали или молились и ломали руки. Некоторые бродили, как призрак, другие были в состоянии бреда, задыхались. Некоторые уже были мертвыми и развращенными. Воздух был настолько зловонным, что иногда нельзя было продолжать жечь лампу. После захода солнца на палубу выпускали только одного человека, из-за чего много грязи попадало в трюм и смешивалось с трюмной водой.
Пять, десять трупов каждый день
Даже продовольствие было смертоносным. Заключенные были вынуждены питаться плесневелым хлебом, прогорклым мясом подозрительного происхождения и «супом», который варили в огромных медных котлах с водой из Ист-Ривер. Следует напомнить, что Ист-Ривер не настоящая река — это приливный пролив. Сваренная в медном котле солоноватая вода, была больше похожа на токсичный ил, чем на пищу.
Ежедневно трупы выбрасывали за борт со скалы — пять-десять тел ежедневно только с Джерси. В конце концов тысячи целых или частично разрушенных тел выбросило вдоль бруклинского берега. Жители Бруклина по возможности собирали трупы, причем собирали столько, сколько могли, для захоронения на местном кладбище. В конце концов останки были перенесены в склеп в парке Форт-Грин, примерно в полумиле к югу от залива Уоллабаут.
В начале XX века известная архитектурная фирма «McKim, Mead and White» добавила к склепу высокую касательную колонну высотой 149 футов, увенчанную восьми тонной бронзовой жаровней. И лестницу шириной 100 футов, ведущую к площади выше.
Известно много имен, речь идет о тысячах тех, кто погиб на кораблях-тюрьмах. Но никто не может быть уверенным относительно имен, связанных с останками в склепе, или даже того, сколько их там. Они смешаны вместе, кости и порох, в сундуках из синего камня под террасой Бруклинского холма.