В 1945 году жители Нью-Йорка избрали своим мэром Уильяма О’Дуайера. Он иммигрировал в Соединенные Штаты из крошечного городка Бохоло в Ирландии. Здесь мужчина прошел блестящую карьеру в мэрии, прежде чем стать судьей, прокурором и бригадным генералом во Второй мировой войне. Уильям О’Дуайер прошел через горнила Бруклина, будучи окружным прокурором и разгромив бруклинский рэкет. Именно эта его победа сделала О’Дуайера чуть ли не национальным героем, после чего он смог стать мэром всего Нью-Йорка. Как мэр, он умело справлялся с рядом кризисов, когда Нью-Йорк переходил от глобальной войны к внутреннему миру.
Но вскоре после его переизбрания в 1949 году в Бруклине разразился скандал, приведший к 188 обвинительным актам и 150 приговорам полицейским и игрокам, которые покровительствовали незаконным букмекерским операциям. Как выяснилось, полицейские прослушивали телефоны букмекеров — не для того, чтобы проводить аресты, а для того, чтобы убедиться, что они получают свою долю от 20 миллионов долларов прибыли. Этот коррупционный скандал в полиции Бруклина и Нью-Йорка в целом имел широкую огласку, хотя так и не затронул Уильяма О’Дуайера. Тем не менее это произошло при его правлении, и его репутация была подмочена. Более подробно обо всем этом читайте на brooklyn-yes.com.
Назначение в Мексику
В начале августа 1950 года, слухи, что мэр Нью-Йорка Уильям О’Дуайер собирается выйти на пенсию, стали тайной Полишинеля. Все знали, что президент Гарри Трумэн вот-вот должен назначить его послом в Мексику, таким образом, отправив его из Нью-Йорка, прежде чем этот человек повалит всю Демократическую партию. Реагируя на это О’Дуайер успокаивал себя тем, что не происходит ничего страшного, но он занимался самообманом.
Всего лишь через восемь месяцев после начала его второго срока на посту мэра вокруг него, будто прорвало плотину, человек не мог уже ни на что влиять, а тем более, что-то сдерживать. Пришло время паковать вещи. Это при том, что его считали бесспорным фаворитом на выдвижение от Демократической партии на должность губернатора штата.
Но эта перспектива, будто испарилась 15 августа, когда О’Дуайер неожиданно объявил о своей отставке с поста мэра, которая должна была вступить в силу через две недели. Все задавались одним единственным вопросом — почему? Об этом именно спросили его журналисты на Пенсильванском вокзале, когда он вернулся из Вашингтона с назначением Трумэна в кармане и не моргнув глазом ответил, что на этот вопрос должен давать ответ президент.
Он сообщил придирчивым журналистам, что на самом деле полностью, окончательно и бесповоротно покидает политику Нью-Йорка. Единственный вопрос, на который у Уильяма О’Дуайера не нашлось, что ответить, был вопрос об отчете Большого жюри Бруклина, из которого стало известно, что его многочисленные гневные обвинения против расследования окружного прокурора Майлза Макдональда по рэкету были безосновательными. На этот вопрос Уильям О’Дуайер ответил, что у него нет больше комментариев.
Увольнение с должности
В последние дни на посту он сделал все необходимые и важные дела. К примеру, Уильям О’Дуайер позаботился о собственной пожизненной пенсии и повысил по службе, или увеличил зарплаты для многих верных друзей. К примеру, его личный водитель, стал заместителем комиссара полиции. На Комитете по оценке было достаточно заверений О’Дуайера, что это сугубо в интересах города.
А уже 31 августа, Уильям О’Дуайер, которому в то время было 60 лет, попрощался с 30 тысячами ньюйоркцев в парке городской ратуши. Он стоял перед горожанами, как незаменимый отец каждого города, такой себе, блестящий паренек, рожденный в графстве Мейо, который когда-то работал грузчиком, бросая лопатой уголь, потом стал полицейским, адвокатом и магистратом. А позже сделал себя известным на всю Америку окружным прокурором, который, не моргнув глазом, разгромил бруклинский рэкет и, наконец, был избран мэром всего Нью-Йорка и всех его хороших людей, живущих здесь.
Он унаследовал финансово обездоленный послевоенный город у Фиорелло ЛаГуардия, 99 мэра Нью-Йорка. Уильям О’Дуайер построил школы, больницы и много жилья. Выступая перед толпой, он со слезами на глазах сказал присутствующим, напомним, что на церемонии было около 30 тыс. человек, что мэры Нью-Йорка, иногда неизбежно сталкиваются со спорами и разногласиями. А еще добавил, что его достижения будут жить в сознании общественности еще долго после того, как эти разногласия будут забыты. О’Дуайер надеялся, что его будут помнить, как порядочного человека и был готов принять суд истории.
Затем 100-й мэр города Нью-Йорк поднялся на борт лайнера компании 20th Century Limited в Калифорнию, и его не стало.
Что на самом деле произошло
Daily News тогда написал по поводу этой отставки, что многие люди, по их мнению, посчитают, что во всей этой сделке было очень мало откровенности. Потому что вся правда, заключалась в том, что даже спустя девять лет старый запах все еще витал вокруг Уильяма О’Дуайера. Как окружной прокурор Бруклина, он решительно отказывался выдвигать обвинения против гангстера Альберта Анастасии. Поэтому не было никакого удовлетворительного ответа на загадочную смерть в 1941 году свидетеля по делу об убийстве, которого охраняла полиция.
Специальное большое жюри в 1945 году публично осудило О’Дуайера за грубую халатность и ненадлежащее управление. Хотя он отверг этот отчет, как клевету, ведь тогда как раз был избирательный год и все равно во второй раз стал мэром, выиграв выборы. Но та давняя неприятность снова вернулась к нему во время его переизбрания на должности мэра в 1949 году. Некоторые считали его человеком мафии в мэрии, а тяжелая избирательная компания оставила его истощенным и обессиленным.
К слову, среди тех, кто считал его работу на посту окружного прокурора округа Кингс неудовлетворительной, было даже несколько его собственных помощников. Один из них, Майлз Макдональд, занимал бывшую должность О’Дуайера. Между тем на Рождество 1949 года только что переизбранный мэр очаровал город, взяв второй супругой гламурную 33-летнюю светскую львицу Слоан Симпсон, и молодожены отправились в свадебное путешествие, которое стало новостью для всего мира.
Когда О’Дуайер вернулся, он обнаружил, что газета the Brooklyn Eagle опубликовала статью, которая связывала полицейских управления Нью-Йорка с букмекерскими канторами города, и что окружной прокурор Макдональд только что начал самое выборочное расследование коррупции в полиции со времен слушаний в Сибери 20 лет назад.
Большое жюри присяжных по делу Макдональда всю весну стремительно обсуждало заголовки газет. Полицейские один за другим появлялись на допрос, после чего быстро увольнялись из полиции. Некоторые из обвиняемых полицейских были старыми друзьями Уильяма О’Дуайера, который, в свою очередь, критиковал расследование при каждом удобном случае.
Более того, казалось, что бывший окружной прокурор упорно работает над тем, чтобы сорвать его. Однако было, очевидно, что преемник О’Дуайера на самом деле имел информацию о многих не чистых на руку офицерах, и что дела вот-вот взорвутся. Посредник Демократической партии, босс Эд Флинн, сразу отправился в Белый дом.
Мексиканский happy end
А уже через две недели после того, как О’Дуайер и его невеста покинули город, произошел информационный взрыв. Утром 15 сентября люди Майлза Макдональда арестовали бруклинского букмекера Гарри Гросса и объявили об уничтожении игорного бизнеса с годовой прибылью 20 миллионов долларов, который долго пользовался поддержкой многих высокопоставленных полицейских чиновников.
Гросс, в свою очередь, признался, что платил полицейским 1 миллион долларов в год. Сенсационные разоблачения привели к самым зрелищным потрясениям в истории полиции Нью-Йорка, приведя в город комитет по борьбе с преступностью сенатора Эстеса Кефовера. К тому же они существенно оживили местную политику, поскольку исполняющий обязанности мэра Винсент Импеллитери быстро оказался в окружении требований выбросить всю эту, как выразился один из оппонентов, банду, которую тот унаследовал от мэра-беглеца.
Вспоминая прощальную речь Уильяма О’Дуайера перед поездкой в Мексику, некоторые припомнили его патетическое заявление, что он готов ждать суда истории. Как показали последующие события история не заставила себя ждать — ее суд состоялся очень скоро. Но Уильям О’Дуайер чувствовал опасность. Поэтому он вовремя оставил избирательную кампанию. Даже несмотря на то, что президент Гарри Трумэн почти опоздал, бросая ему тот самый мексиканский спасательный круг.
Источник: